Запустив сайт, я ворвалась в соседнюю комнату к Сереже с криками: «Ура! Я сделала это!»

— Что именно? – невозмутимо поднял он взгляд поверх очков.

— Как что? Сайт. Блог.

— А толку-то…

У меня слезы навернулись на глаза.

Просто не ожидала удара от того, кто настолько близко. На моей территории.

А потом вытерла слезы. И подумала: ну что я, в самом деле? Сережу, что ли, не знаю? Просто ляпнул. Вот уж обидеть точно не хотел.

Вспомнила, как пару месяцев назад вернулась из поликлиники, где делала энцефалограмму головного мозга.

— Ну что? Надеюсь, показала одну прямую линию? Как я и предполагал? – пошутил он.

А узнав, что на самом деле результаты — не очень, сказал:

— Да все будет хорошо. Всю жизнь жила с этим, и ничего. А узнала – и сразу в панику.

Вот такое утешение. И ушел на улицу курить.

— А вдруг это возрастное? У меня же раньше проблем с памятью не было, — крикнула я ему вслед.

Но этого он уже не услышал.

Мой муж думает, что со мной не может произойти ничего плохого.

Он в этом уверен.

Он просто не видел другого сценария со мной в главной роли. Только успешный, неунывающий, всегда заканчивающийся хэппи-эндом.

Так было даже тогда, когда я тяжело заболела…

А потом возродилась, как птица Феникс. Не подвела.

Он не любит всей этой бодяги с врачами, лекарствами, диагнозами, прогнозами, госпитализацией. Даже говорить об этом не любит. Даже думать.

Можно упрекнуть его в черствости. А можно порадоваться. Он не дает раскисать и, отрицая то, что ему не нравится, не позволяет мне превратить окружающую атмосферу в юдоль печали. Даже если слезы подступают совсем близко. И, по большому счету, он заставляет меня держать удар.  

Да здравствует мой чуждый сострадания муж!